Alexei Balaganski

Как говорится, ни отнять, ни прибавить:

Как бы то ни было, отправка в “шарашку” — идеальный вариант применения для такого агента Ветрова. Солженицын поехал на новое место, а следом за ним фельдъегерской почтой поехало из из одной оперчасти в другую его агентурное дело. И на новом месте Александр Исаевич уже работал, так сказать, по профилю — в социально-близкой среде, сдавая в оперчасть более образованную публику.

Несколько позже он написал “об этом” известный опус, называется “В круге первом”. Название подразумевает, по всей видимости, круги ада, умело описанные Данте. Дескать, вот в каком аду довелось мне побывать. Следует отметить, что “шарашка” на ад не похожа принципиально, она даже на лагерь не похожа — там совсем другой режим, совсем другой распорядок, а главное — совершенно другое питание. Но у легендарного творца своё понимание адскости, и потому книга названа вот так.

Ад, который показал Данте известный поэт Вергилий — гигантская воронка, на которой уступами располагаются эти самые круги, общим числом девять. В круге первом обитают души младенцев и души праведных язычников, каковые избавлены от мук — они просто грустят. Применительно к названию книги — смешно.

Далее всё значительно хуже: во втором круге ветер носит души прелюбодеев, в третьем пёс Цербер жрёт чревоугодников. В пятом по берегам реки Стикс стоят гневливые и угрюмые, занятые тем, что рвут друг друга на части. В шестом в могилах горят еретики. В седьмом в кровавой реке вечно тонут убийцы и насильники. Круг восьмой посвящён обманщикам и мошенникам — их порют кнутами демоны, в промежутках поливая кипящей смолой. А в самом низу — девятый круг ада. Там сидит вмёрзший в болото Сатана, который вечно жуёт самых гнусных грешников — предателей.

Именно оттуда, судя по всему, Александр Исаевич продолжает слать сигналы “жить не по лжи”.

Ода диссидентству